Category: авиация

Category was added automatically. Read all entries about "авиация".

ОНИ УПАЛИ

«— Мамочка дорогая, не бойся! Когда я стану большой тётенькой и вырасту сильной, я обязательно построю железную дорогу до Норильска и мы с тобой никогда, никогда больше не будем летать самолетами!!!»

Из заявления маленькой норильчанки

——————

«Только самолетом можно долететь».

Это так. Такова уж наша судьба. Крылатая фраза из песни советских времен в других временах порой фраза звучит фатально. Нам все еще говорят, что самолет — самый безопасный вид транспорта. Но не говорят, что этот же вид транспорта более всех других зависит от стихий и человеческих ошибок. С нарастанием на нашей планете истерии климата и ростом нравственной самостоятельности индивидуума, готового плевать на чужие мнения и желания такая зависимость не радует. Проходит время, заглаживая очередные душевные травмы причастных, но неизбежно происходит новая катастрофа и вновь весь кошмар произошедшего не даст нам дышать. Часто ни с кем из погибших мы не были знакомы лично, но, конечно, знали всех их, светлой им памяти... А как же еще может быть в маленьком городе, где каждое встреченное лицо давно отложено в долгосрочной памяти? Мы не раз стояли рядом в очередях, открывали двери в магазин, брали почту на лестничной площадке и гуляли по Ленинскому проспекту. Родные лица — именно так мы чувствуем место своего жития и именно из-за нехватки этих лиц чувствуем себя чужими в Дудинке.

Увы, это про летчиков говорят, что они не погибают, а просто улетают и не возвращаются… Пассажиры лишены даже этой последней романтики — они именно гибнут, семьями, в обнимку, в последние секунды беспомощно прижимаясь друг к другу. Если маленькие детки в такой момент чего-то не понимают, то матери еще отчаянно пытаются обратить последний адреналин в средство спасения — кладут детей на пол, держа их за руки, укутывают в свое мягкое тело... В шоке отцы, они не смогли реализовать себя как воины и защитники, не смогли выполнить важнейшее предначертание в жизни: спасти семью в самый страшный момент бытия.

«Они опять упали», говорим мы. Особенно страшно, когда в авиакатастрофе погибают дети. В такой страшный день хочешь верить, что все дети — ангелы, и сегодня ангелов в небе прибавилось.

Редко это происходит по технической причине, очень редко. Сплошь и рядом с авиакатастрофой соседствует пресловутый человеческий фактор. Как это уже было в небе над Донецком в памятном августе 2006 года. Мокрые от августовской гонки пилоты сначала просили смены курса, видя впереди лиловый грозовой фронт. Добро им дали, но сам пролет не запретили. И тогда летчики самонадеянно решили потягаться с облаками, экономя горючее, ибо Россия мигрирует сезонно, отпускники магнитом притягиваются к «территориям летней мечты»: самый покос идет…

Бабло побеждает разум. Вот и этих победили. И убили.

А мы живем на Севере и летаем самолетами. Боимся, пищим, но летаем. Не верим никому, но обреченно лезем в фюзеляж с запахами стирального порошка. Верим только в поставарийных психологов и в Шойгу. Это спасет, разложит обрубки наших тел по полочкам, выпрямит вмятины на черном ящике с последними матами второго пилота, потому что КВС уже умер от разрыва сердца.

Нам, норильчанам, еще повезло — у нас есть крылья. У жителей маленьких таймырских поселков их уже нет. «Аннушки» давно поставили на прикол, а те, что еще теплятся, идеологии баблокоса никак не соответствуют. Им, крылатым машинам, видите ли, нужна бетонная ВПП и не одна. Для них нужно постараться: лоббировать, а потом разработать и принять нормальный, действенный Воздушный Кодекс, позволяющий частной авиации развиваться, а не спрашивать разрешения на каждое движение элероном у военных и комитетчиков. Надо будет возрождать практику полетов «с подбором», когда экипаж сам принимает решение, где ему можно сесть — только так можно оперативно доставлять грузы и людей по их реальным потребностям.

Но ведь на самолетах уже не полетаешь нахаляву по путоранских оазисам, присаживаясь у заповедных озер и наколачивая осеннего гольца буквально мешками. Тут именно вертолет удобен — и всегда нужен, для нужных людей. Что делать поселкам, которым полёт на вертолете не по карману, не интересует никого. А у самолета полетный час совсем в другую цену. Не в пример вертушкам, этим «летающим двигателям» Экономии на геликоптере — ноль. Зато чуть поднял стоимость топлива, — все без штанов, а ты богат!

Спросите любого жителя Снежногорска, Хатанги или Игарки — каждый третий житель был в лётном происшествии с участием чертового геликоптера. Каждый второй скорбно ждет своего лётного происшествия, понимая, что недолго осталось ждать… Ничего другого им и не остается. Частная авиация так и не развилась, благодаря военному лобби — известно ведь, что российское небо до сих пор принадлежит воякам. Вертолет задушил все альтернативы. Не порхают между поселками небольшие и надежные, экономичные и неприхотливые «цессны», «де хэвиленды» и «бич-бонанзы», только и способные создать нормальное конкурентное поле на местных авиалиниях, и, следовательно, — комфорт, оперативность, надежность и безопасность. Но лишь редкие энтузиасты-частники пытаются воевать с Государством. На Севере до сих пор уверенно «порхают» лишь чудовищно дорогие туристически-коммерческие, блатные, и прочие начальственные рейсы.

Вот и у нас неустанно внедряют вместо крылатой малой техники, вместо бездарно убитой Полярной Авиации винтокрылы-убийцы. Да, да, именно так. Ибо вертолет если уж падает, то как булыжник, оставляя дуракам сказки про авторотацию, а журавлям, пардон, «аннушкам» в небе, — саму принципиальную надежность несущего крыла.

Это когда-то на аэропорте Валёк хотели строить ВПП для приема ЯК-40. Прошли те времена, и теперь все подряд стало невыгодным. Ремонт, затраты… То ли дело, — хлоп вертолетным пузом на ягодную полянку, и все дела. А безопасность, надежность, стоимость полета — все это для вождей лишь барабанные палочки и фонарик на фиолетовом поле. У каждого из них всегда на запасном пути стоит специально обихоженный Белый вертолет.

Как будто норильчанам мало.

У нас итак все еще имеется самый знаменитый в стране горб на ВПП, алыкельский, приснопамятный. Про него молчат, как правило, журналисты, рассказывая-показывая телезрителю, как хлопцы в красочных комбедах бодро возюкают какой-то там бетон-мастику по нашей взлетной полосе. Дорогой самообман. Ну, это как крем (тот, что в рекламе про «точность лазера») на лице горбатой старухи, уже потерявшей самоходные свойства.

А летчики порой чуть не седеют в тот самый момент, когда вы уже наивно решили, что всей семьей прилетели на родину, и скоро можно будет тянуться к пряжке ремня… Хрен там. Самые жуткие секунды еще впереди.

Интересно, у нас в городе что, поставарийные психологи всегда должны быть наготове?

Есть авиапром в стадии перманентного падения и штопаный (прости господи, чуть не вырвалось) вертолет от него для жителей Северов.

И дело тут не в страхе перед полетом, к этому все давно уже притерпелись, автору вообще повезло, он не страдает аэрофобией. Дело в понимании сути авиационной надежности. Раз уж суждено нам «только самолетом», то применяйте максимально безопасную технику. Надежную принципиально, уже самим конструктивным, техническим решением. Уберите дураков.

Будто мало нам было украинских диспетчеров с украинской же ПВО.
       Неужели мы своим страхом и стойкостью еще не заслужили в умах вождей надежности и понимания у них методологии этой самой летной надежности? Ведь и сами бьются… не взлететь им, Вождям, выше людей.
       Даже на Белом Вертолете.
       И вот опять. Опять под Донецком. Над Войной И Миром. Их туда пустили. Или загнали.
       Опять жутко.


Если вы сами их не помните, то рядом с вами всегда есть люди, которые знали погибших. Тесен наш мир.

Весь кошмар регулярно происходящего так и не даёт дышать.

Вечная им всем память.

Полярная , мля, авиация

Про опасный горб на ВПП Алыкель я писал еще черт знает когда. Даже впечатал в книгу «Неизвестный Норильск». Потом его же продрали в «Записках ездового пса». Но дело не движется, идём к катастрофе. Вчера по ТВ уже краевой депутат Кармазина выступила по теме, мол, нихера не делается, полосе 60 лет, а капремонта нет как нет. Чо, еще одна разбитая машина нужна, давно верениц скорых к Оганеру не видели?

А тут некие энтузиасты из Новосиба древним молоковским маршрутом пролетели на Диксон. На аэрораритетах, в том числе и У-2 был в строю. Ну, нормально себе слетали мужчины, уважаю — летуны от бога, без кофе бодрые, ага.
IMG_78199

И вот он, позор семьи — в интервью один из летунов говорит в объектив, мол, в Дудинке была очень тяжёлая посадка — кому-то понадобилось плиты из ВПП вынимать! В Дудинке, а не где-то в таёжной деревеньке! А ведь эаропорт делали, и как запасной для Норильска, и как площадку для «стратегов» из Энгельса! И, вместо того, чтобы дожимать и достраивать до нормы, плиты из взлётки вынают… На куда, простите за догадке? На гаражики, сука? С учётом того, что территория дудинского аэропорта — режимная, свалить безобраз на местных жильцов у мну как-то не получается… И почему вообще эта ВПП в запустении, судя по кадрам посадки У-2? Хотя бы сохраните, даденное, временщики, вдруг другие придут!

Помните, не так давно сторож старого АП спас пассажиров аварийной «тушки», сохранив заброшенную ВПП в целости и сохранности?

В Дудинке не спасут. Привет развитию Северов и борьбе за шельф.

Путин, ты не ныряй вглубь у Полюса, ты чуть ближе посмотри. Тут есть кому и куда флажок воткнуть. Титановый.

Про «Милитари»: 13 лет в строю

DSCN1048

         Как некий итог, несгораемая сумма опыта — C36 «Спайдерко Милитари».

И всё.

Спустя много-много лет общения с ножиками могу резюмировать — складника лучше в живой природе просто не существует. И не будет существовать. Идеальные формы уже придуманы, озарением Сэла Глессера. По механике реза… чо тут, тройной клин, против него никакого келдыша не выставишь.

У меня старичок из первых, ещё из CPM 440V, уже раритет. Нож появился в 1996 году, а я свой купил в 1999-ом. Так что было время объюзать в ситуациях и средах, дополнять не надо. Сейчас нашлёпали пару десятков вариаций, — первый греет душу лучше всех. Не могу сказать, сколько ножиков я передержал у руках за свою жизнь: аццкое количество. В мире есть масса классных фолдеров, однако все они ниже. Так уж вышло. И вообще: «Они были первыми!». Само слово «clipit», введённое Спаем в 1981-ом, CPM-ушка, дырища знаковая, удобней которой ничего придумать не смогли… многое что за спиной у «Милитари».

Пытаясь вытащить на ринг Больших Мужских Конкурентов, я долго искал достойных, по всем параметрам, в том числе, метафизическим — до психологического воздействия на стоящих напротив. Выявились двое: «Себенза» Рива и «Скирмиш» бенчевский — хороши, черти! Результат же прост: они хуже режут. Тупо хуже, как ни колдуй с РК, и хоть ты тресни.

Всё, больше объяснять ничо не буду, это не для дилетантов-в-руках-не-недержанцев.

Говорят, что к концу 3-ё мировой все силуэты истребителей стали чертовски похожи, был найден оптимум, на коем всё и закончилось, пока не полетели реактивные. Не стоит возвращаться назад и пытаться перекроить «Мустанг» или «Як-9», всё придумано до вас.

КСТ-1: «ТиМил» опробовал, и покупать не стал: нахрен мне неизбежно скользкий титан в руке, т.б. на ноже изначально аутдорном?

КСТ-2: пошла мода обзывать этот ножик «милей» — не знаю, кто там первый исхитрился до такого постоза. Это мальчик. Попытки назвать его девочкой выглядят так же, как стремление человека, решившего завести себе свирепого питбуля, выбрать непременно суку, и назвать её Машенькой… У-тю-тю.

Это подсознательный страх, что ты не справишься именно с мальчиком — ещё порежет, спаси господи! Руки и характер не могут заставить нож подчиниться на сотню, так мы его в девочку перекрестим, мож так легче будет… Страх, что не раскачаешь девайс. Страх, что ты не в уровень ножу.

«Миля»… — хуиля! Это «Милитари». Либо ты не созрел для таких ножей, детка. Точи дальше карандаши и режь картонные коробки. Так что не обезъяньичайте на глупое. Просто совет.

АВИАТРИЛЛЕР

Хотите напугать норильчан — расскажите им что-нибудь авиационное.
Перед весенним посещением авиакасс всерьез думаю: не написать ли триллер? Столь сильны оказались впечатления. Сам себе говорю: «А ты что, собирался выкрутиться без боли? Ну-ну. Вот и тебя коснулось тяжёлое дыхание отпуска».
Collapse )